• 0
0 баллов, 0 оценок0 баллов, 0 оценок 0
Авторизуйтесь, чтобы оценить.

Прощание со Спартаком… (часть 2)

18.04.2013
Картинка профиля ragnar lodbrog Автор: ragnar lodbrog

Герои и злодеи

Такие сериалы, как эпопея о знаменитом вожде гладиаторов, сделанные в жанре историко-приключенческого кино, почти никогда не обходятся без персонажей, которые как будто находятся на разных полюсах:  на одном – герои, на другом – злодеи. Вот и во всех сезонах, посвященных восстанию рабов против Рима, мы находим как тех, так и других. С учетом либеральной точки зрения, с которой создатели сериала изображают события, статусом героев, естественно, наделяются гладиаторы, тогда как роли злодеев отведены в основном «гребаным римлянам». Самым выдающимся героем показан Спартак, за которым следуют уступающие ему в интеллекте и милосердии, но не в решимости и мужестве Крикс, Ганник, Агрон. В отличие от своего вождя, они не представлены идеальными людьми, что давало сыгравшим их Ману Беннетту, Дастину Клеру и Дэниэлу Фьюрриджелу бóльшую, чем исполнителю главной роли, свободу для актерского самовыражения.


Мужественным и прямодушным героям противостоят бесчестные и коварные личности, многие из которых являются представителями римской знати. Таковыми являются: в прошлых сезонах – Гай Клавдий Глабр в исполнении Крейга Паркера,в последнем же сезоне —  Тиберий Красс, в роли которого снимался  Кристиан Антидорми, и (о боги, боги!) Гай Юлий Цезарь, сыгранный Тоддом Ласансом. Конечно, авторы сериала не забывают, что и среди гладиаторов порой встречаются такие «товарищи», которые другим не товарищи, самым ярким подтверждением чему стал почти обаятельный в своем злодействе сириец Ашур, блестяще представленный Ником Тарабеем. Интересно, что ни один из них не изображен злодеем по своей природе. Каждый обманывает, грабит, убивает, исходя из своих практических интересов: римляне – выстраивая свою карьеру, что они высокопарно представляют как исполнение долга перед семьей или Республикой; Ашур и его «дурная компания» – заботясь о собственном выживании и безопасности.


Между двух полюсов находится основная масса персонажей, которые, как и подобает обычным смертным, совершают то хорошие, то плохие поступки. Так, подруга Крикса Невия, сыгранная вначале Лесли-Энн Брандт, а затем –  Синтией Аддай-Робинсон, после сильнейшего потрясения, вызванного издевательствами своих хозяев, превращается из нежной девицы в сущую демоницу, готовую убить каждого римлянина на своем пути. Что уж тогда говорить о таких «детях природы», как дикие германцы – Сакса, Донар, Луго, Немет, которые равно ликуют, проливая кровь и римских легионеров, и мирных жителей Синуэссы! Даже Спартак, авторитет которого они признают благодаря его личной силе и одержанным победам, вынужден согласиться с пленной римлянкой в том, что его люди ведут себя как «животные». В самом деле, избиение восставшими жителей римского города нисколько не уступает по своим зверствам аналогичным действиям римских легионеров при захвате галльского поселения или германской деревни. При этом вчерашние рабы оправдывают свои кровавые деяния старым, как мир, способом, заявляя пытающемуся образумить их Спартаку: «Как они к нам – так и мы к ним!».

Заслугой создателей сериала, по моему мнению, следует считать и показ той легкости, с которой человек на войне становится злодеем. Возьмем, например, того же Крикса, что, безусловно, наделен всеми признаками героя: он силен, отважен, харизматичен, честен перед другими и самим собой. Будучи лидером по призванию и воителем по натуре, он поддается подначиванию переодетого Цезаря и призыву озлобленной Невии, возглавляет расправу над мирными римлянами и готов отрубить голову женщине, вся «вина» которой состоит в том, что она пыталась спасти своих сограждан! Ну, ладно, Крикс – человек страстных порывов, который орудует мечом быстрее, чем думает. Но поблизости находится Ганник – гладиатор иного склада, что следует кодексу чести, запрещающему чемпиону арены без нужды убивать заведомо более слабого. Однако и тот, хотя сам и не пятнает рук невинной кровью, вмешивается в дело только тогда, когда оно затрагивает его лично или близких ему людей. В то же время Цезарь, показанный в сериале злодеем и заслуживший это звание, в частности, провоцированием избиения римских граждан, с целью углубить раскол между Спартаком и Криксом, может тронуться страданиями несчастной Фабии и с мучением на лице принести ей желанную смерть. Как видим, цивилизация и варварство переплелись на войне воедино, и нужно быть очень сильной личностью, чтобы не поддаться ее пагубным воздействиям.  

Варвар и Рим: Спартак – между Крассом и Лаэтой


Спартак настолько прочно связан в нашем сознании с пребыванием в рабстве и гладиаторскими боями, что мы невольно забываем о его жизни до того, как он попал в римский плен. А ведь он родился и довольно долго жил во Фракии, получив воспитание, соответствующее обществу варварского типа, где, между прочим, тоже было рабовладение, хотя и патриархальное, не такое жестокое, как в Риме. Замечу, что в само слово «варвар» я, в отличие от греков и римлян, не вкладываю ничего обидного: это просто показатель развития личности в примитивных общественных условиях. Спартак и был таким варваром, причем, он воплощал в себе лучшие качества варвара: силу, храбрость, выносливость, природный ум, честность, открытость. В отличие от почти всех показанных в сериале римлян, да и многих своих сподвижников по восстанию, он весьма целомудрен, не имеет вредных привычек и (вот уж удивительно для такого сериала!) почти совсем не сквернословит. Его редко можно видеть смеющимся, а если он и улыбается, то с налетом грусти, напоминая в этом отношении другую личность, с которой его сравнил английский философ и математик Бертран Рассел, сказавший: «Христос победил потому, что потерпел поражение Спартак».

И вот такой природный, но благородный человек волей судьбы оказывается под тяжкой пятой Римской республики. По вине Глабра, он брошен в тиски государственной машины, для которой человек, попавший в рабство, ценится не более чем домашнее орудие. Под стать этой машине подавления и люди, что ее представляют: жестокие, циничные, развратные и всегда склонные к обману и насилию. Был ли Рим таким и в самом деле? Да, был и порой даже хуже, но дело в том, что он был не только таким. В противном случае, если бы римляне только и делали, что обманывали, грабили, насиловали и убивали, никакого восстания Спартака не было бы и в помине. Тогда еще за 100 с лишним лет до рождения нашего героя такой Рим был бы уничтожен Ганнибалом, на сторону которого перешли бы все италийские племена, чтобы навсегда избавиться от подобного кровавого монстра.

А теперь вспомним начало сериала. Римляне предлагают фракийцам союз во главе с Римом, обещая защитить их от набегов гетов. И фракийцы, после некоторых колебаний, принимают это предложение, выступая с чужаками-римлянами против буйных соседей, которые, между прочим, являются родственным им племенем! С чего бы возникло такое доверие к незнакомым воинам, представляющим пусть и могучее, но далекое государство? Может быть, фракийцы уже знали, даже из своего прежнего опыта, что Рим способен обеспечить, нет, не свободу и справедливость, а защиту, безопасность и порядок для тех народов, которые становятся его союзниками? Кстати, если бы нашелся «друг фракийского народа» среди влиятельных римлян, имевших деловые интересы во Фракии и связанный с аборигенами узами гостеприимства, он мог бы привлечь Глабра к суду за самоуправство, и тому пришлось бы держать ответ по всей форме (такие случаи известны). То есть, было как бы два Рима – Рим меча и Рим закона: первый применял насилие, второй давал защиту.

Кто представляет в сериале Рим как мир насилия? Это, безусловно, Глабр, Батиат, Сеппий, Вариний, Тиберий, Цезарь, но самым чистым его выражением является Марк Красс в исполнении Саймона Мерреллса. Это – расчетливый, волевой, храбрый, жестокий человек, не лишенный известного благородства, но никогда не прощающий обид и мстящий за них даже самым близким людям. Во имя своих личных выгод, которые он выдает за служение Республики, Красс продает в рабство знатную римлянку и накрывает огнем даже своих воинов, чтобы не оставить никаких шансов на победу противнику. А кто же тогда олицетворяет в сериале Рим как мир защиты? Как ни странно, в этой роли предстает не консул, сенатор или трибун, а римлянка Лаэта, сыгранная Анной Хатчисон. Ведь именно она пытается спасти мирное население в захваченном городе, а впоследствии, в лагере Спартака, защищает от него рабыню, на которую вождь уже готов обрушить свой гнев.  

Какой же из этих двух миров ближе Спартаку? Ответ как будто очевиден, но с ним не стоит спешить. Фракийцу, разумеется, отвратителен и ненавистен мир Красса, но он ему хорошо понятен. Там все решает сила, и кто сильнее – тот и прав. Мир, в котором родился Спартак, хотя и устроен гораздо проще, но исповедует во многом сходный принцип. Поэтому, когда Красс говорит ему: «Если бы ты был римлянином, то стоял бы рядом со мной», – его непокоренный противник не отрицает такой возможности, но благодарит судьбу за то, что этого не случилось. Мир Лаэты привлекает своей человечностью, но он еще непонятен варвару и даже опасен для него, поскольку разрушает его монолитную веру в правоту своего дела. Спартак долго не может поверить в то, что эта знатная римлянка проявляет заботу сначала о своих людях, затем – об идущих с ним женщинах и детях не для того, чтобы усыпить его бдительность и нанести коварный удар, а ради них самих.

Но, испытывая к ней самые разные чувства – от проявлений жалости до порыва страсти, он все более проникается уважением и симпатией к своей странной попутчице. «Я обещал Лаэте», «Лаэта права», – говорит он Криксу и Агрону, вызывая в них недоумение, что значит для него эта женщина. Крикс даже просит ее убить, чтобы они «вновь стали братьями». Конечно, нельзя сказать, будто памятные слова Спартака Ганнику о том, что победа измеряется не убитыми врагами, а жизнями спасенных людей, были навеяны ему именно Лаэтой, но без ее влияния здесь вряд ли обошлось. И это многое объясняет в отношениях фракийца и римлянки. Я не знаю, планируют ли сценаристы вернуть Лаэту в ожидаемом сериале о Цезаре, да еще показать ее с сыном или дочерью, рожденными от Спартака, чего желали бы фанаты этой пары, судя по их высказываниям на форумах. Но с исторической и культурной точек зрения, такой «брачный союз» и «плод любви» выглядят невозможными. Понадобится еще не менее 500 лет, чтобы Варварский мир, полный молодых и свежих сил, сочетался с Римским миром, утратившим свою мощь, но не культуру. И от этого их союза со временем родится новая цивилизация, ныне известная как Европа. Поэтому, как ни жаль полюбившихся нам героев, не только их личная судьба, но и сама история распорядилась так, что могучий Варвар умер в пределах цивилизованного мира, а гуманная Римлянка перешла его границу, чтобы нести культуру новым народам. И неотъемлемой ценностью этой культуры станет свобода, за которую отдал жизнь Спартак. 

Автор: ragnar lodbrog

Уважаемые пользователи!


Вы можете выразить свою благодарность за наши рипы и работу команды через одну из форм, представленных ниже,
или переходами по рекламным ссылкам в шапке сайта и анонсах 2-3 раза в неделю.



Понравилась публикация? Расскажите о ней друзьям!

Нашли в статье ошибку? Сообщите нам!

Добавить комментарий

Перейти к верхней панели